Кино и немцы

Севастопольские студенты снимают кино и исполняют главные роли

Немецкие солдаты конвоируют военнопленных. Справо налево: Станислав Нагорный, Виталий Широков, Алексей Рыбалкин и оператор Виталий Диденко

Создатели фильма попытались воссоздать реалистичную хронику военных событий в Севастополе 1941-1944 гг. Главные роли в фильме исполняют студенты ЧФ МГУ, которых гримировали настоящей кровью.

«Фильма о Севастополе в годы обороны Великой Отечественной войны нет до сих пор, да и у историков нет целостного видения, что здесь произошло за эти три года», — говорит соавтор сценария Вадим Хапаев. — «Мы попытались рассказать об обороне, оккупации и освобождении Севастополя, ответить на вопросы: почему город смог так долго обороняться и почему его оставление обернулось трагедией».

«Испытание войной» задумывалось как документальный фильм, но он получился документально-художественным. Вся кинохроника, которую решено было использовать в фильме, иллюстрирует лишь оборону и освобождение Севастополя. О хронике оккупации вообще ничего не снято. Появилась идея: в рассказ о подпольщиках ввести любовный сюжет. В итоге получилось, что в четырехсерийном фильме, который длится около пяти часов, художественно-лирическая часть занимает больше часа.

Снимала фильм студия «Дэвком», а сценарий писали, реквизит подбирали преподаватели и студенты Черноморского филиала МГУ. Они-то и сыграли в фильме.

Любовно-подпольный треугольник

Лирический сюжет фильма авторы домыслили. Образы героев собирательны, но имеют реальных исторических прототипов. Главная героиня — подпольщица, крымская татарка Нелли Велиева. Ее имя малоизвестно, но сохранились ее дневник и предсмертная записка из застенков гестапо возлюбленному Виктору. Авторы предположили, что им был герой-подпольщик Виктор Кочегаров, офицер морской пехоты. Его фашисты впоследствии тоже расстреляли. Удивительно, но когда съемочная группа приехала на кладбище Коммунаров, обнаружилось, что имена героев, выбранных случайно, на памятной доске стоят в одну строчку.

Чтобы организовать любовный треугольник, добавили в действие друга Виктора — военного корреспондента Алексея Соболевского.

Съемки начались в апреле, в них задействовали участников военно-исторических клубов, у которых и костюмы достоверные, да и в роль вживаться не надо. Жилищем подпольщиков стал частный дом на ул. Ялтинской, в котором в военное время жила семья подпольщиков Анзиных. Для воссоздания интерьера и одежды того времени пришлось порыться в бабушкиных сундуках и побывать на барахолках. Соавтор сценария Юрий Викторов по фотографии собственноручно изготовил зажим для пионерского галстука образца 1938 года, а также оборудование подпольной типографии и старинный радиоприемник. Пригодились для съемок ордена и медали деда одного из соавторов сценария.

Актеры, которым предстояло участвовать в съемках гестаповских пыток, несмотря на уговоры, решительно отказались от кетчупа и клюквенного сока в качестве крови. Они заявили, что хотят быть загримированы настоящей кровью. Кровь сдавали прямо на съемочной площадке специально приглашенному врачу: с пяти человек собрали литр. Потом гример намазывал кровью глаза и лица актеров, поливал из шприца руки и ноги. В.Хапаев советует: детям младше десяти лет кино лучше не смотреть.

Чудеса на съемочной площадке

Мистические совпадения были чуть ли не каждый день съемок. В сарайчике дома, где снимали сюжет о подпольщиках, во время съемок обнаружили полусгнившую книгу о севастопольском подполье. Удивительно: она открылась на главе, посвященной пыткам и казни подпольщиков, которую в тот день собирались снимать.

Снимать двор героини на ул. Ялтинской было нельзя: дом модернизирован. Нашли другой двор — в районе ул. Н.Музыки, и все наружные сцены снимали там. «В Севастополе очень много разрухи, мы ходим мимо нее, и ее не замечаем, — говорит В.Хапаев. — Но когда начинаешь искать разрушенные здания целенаправленно, оказывается, что даже в центре города есть множество домов без крыш и окон. Такие дома — замечательные декорации для кино. Например, в Балаклаве есть дома, которые выглядят так, будто их бомбили минут десять назад. Для нас это было просто находкой».

Съемки в закопченной пещере

В фильме показаны известные и малоизвестные исторические места города. Съемки фронтовой обстановки велись на Сапун-горе — там есть два блиндажа, окопы, заграждение из колючей проволоки.

Еще одно место съемки — Приморский бульвар. Благо, успели снять необходимые эпизоды до начала реконструкции. Оказывается, на Приморском сохранилось много элементов, которые присутствовали и в довоенной обстановке: мостик любви, «ракушка», вид на Константиновский форт. Проблемой для съемочной группы был гуляющий народ. С ним боролись временем: начинали съемки, пока на улицах никого нет — с пяти утра.

В фильме показано место над Балаклавой, которое все знают как «бочку смерти», на самом деле оно называется «Южный форт». Укрепления, построенные в начале XX века, очень хорошо сохранились и не испорчены надписями. В пещере в районе 35-й береговой батареи снимали эпизод клятвы подпольщиков. «Когда мы снимали клятву, мы заходили в пещеру буквально на 10 минут. — вспоминает Маша Балаковская, исполнившая в фильме роль Лиды, жены руководителя севастопольского подполья Василия Ревякина. — Там горели бензиновые факелы, все было в дыму — не продохнуть, поэтому через несколько минут съемки прекращали и актеры выбегали на свежий воздух». В пещере был установлен очень дорогой микрофон, который в процессе съемок отчаянно боялись закоптить факелами.

Проводя съемки в Лазаревских казармах, оператор фильма говорил, что это здание «с очень фактурной разрухой». По сюжету там находился лагерь военнопленных.

В фильме есть штольни, бункеры, подземные ходы. Общеизвестных памятников и мемориальных комплексов, как, например, на Сапун-горе, в фильме показано не будет. Снимали братские могилы, которые находятся далеко-далеко в поле, о которых вспоминают раз в год — 9 мая. «Они нам кажутся более трогательными, чем официальные городские памятники», — говорят создатели фильма. — «Поскольку солдатские могилы снимали сразу после Дня Победы, зритель увидит их ухоженными и со свежими цветами».

Актером быть непросто

Во время съемок были смешные случаи. Однажды Маша Балаковская (по фильму Лида Ревякина) с Любой Серокуровой, которая играла роль главной героини, в перерыве между съемками проголодались и отправились в хлебный магазин за булочками. Причем прямо в костюмах и при полном гриме. «Там сердобольные старушки стали нас жалеть, приняв за неимущих», — вспоминают актрисы.

Кстати, после съемок застолья с немцами актеры съедали все, что было на столе. «По сюжету банкет для немцев организовывался, чтобы они не обнаружили расположенную в подвале типографию», — объясняют ребята.

Виктор Цатрян играл польского еврея, который полтора года провел в подполье, занимаясь подделкой документов.

— Пока другие «веселились» с немцами в доме, мой герой прятался в подвальчике, — рассказывает Витя. — Пару раз в день ему приносили поесть. А потом он предал своих товарищей-подпольщиков. Он накануне ареста им говорил: «Ребята, вы меня лучше застрелите, я не выдержу пыток».

По сценарию мне нужно было свернуть самокрутку и закурить. Сворачивать долго не получалось. В жизни я не курю, поэтому, когда зажег спичку, забыл, что нужно задуть пламя, и мне обожгло ресницы и бровь. Приходилось еще и пить какую-то гадость. А еще мне сказали, что я буду бегать босиком от немцев по лесу в феврале.

Сейчас фильм готов на 95%, утверждают его создатели. Премьера состоится в следующем году и будет приурочена к Дню Победы.

Фото Юрия Викторова

Следующие статьи категории «Новости»