«Черное море» в московском музее

Новые музеи создаются по народной инициативе

Константин Паустовский

Музеи Константина Паустовского появляются то тут, то там. Новые и новые. Причем не хлопотами высоких инстанций — К.Паустовский не чужд как в советскую пору, так и сейчас, а, как говорится, по народной инициативе.

Показательна судьба музеев деятелей литературы. Некоторые из них некогда открывались по решениям партии и правительства, тем не менее давно уже исчезли и забыты. Иное отношение к памяти Константина Паустовского.

По ходатайству людей народные музеи наделяют статусом государственных. Так сравнительно недавно произошло, например, в Одессе, Пилипче-Городище, что недалеко от Белой Церкви, и в Крыму в городе Старый Крым, только, к сожалению, не в Севастополе.

Московский музей-центр К.Паустовского прошел такой же путь. С 1975 года он на общественных началах базировался в столичном, что особенно ценно молодежном центре «Спутник-2». А спустя 12 лет, потраченных на хождения по высоким кабинетам, музей получил, наконец, прописку в «Кузьминках», в восстановленном после пожара доме с мезонином. Таким образом, в этом году ему исполняется 20 лет.

Дни недели немногочисленного коллектива музея-центра поделены на экскурсионные и редакционные: выделено время для приема посетителей и на обработку поступающих материалов. Самые достойные публикуются на страницах объемного журнала «Мир Паустовского». Когда 10 лет назад вышел первый его номер, скептики брюзжали: «На втором-третьем номере выдохнетесь». Но готовится к выпуску уже 25-я книжка журнала. Это свидетельствует о неисчерпаемом богатстве духовного наследия К.Паустовского, о верности писателю и настойчивости сотрудников музея-центра, прежде всего его директора Ильи Комарова и главного редактора замечательного издания Галины Корниловой.

К.Паустовский был непоседлив. Он исколесил вдоль и поперек свою огромную Родину. Бывал за границей. Это достаточно полно и с выдумкой отражено в оформлении залов, стендов, витрин. Они посвящены Карабугазу, Колхиде, Северу, Мещере. Эти и другие края стали заголовками знаковых произведений писателя. Самым светлым, ярким, теплым оказался небольшой зал, материалы которого рассказывают о Черном море, расположенных на его побережье городах, в первую очередь Севастополе.

Дно одной из витрин — это песок. А на нем покоятся кораллы, раковины, морские ежи, звезды. На стендах помещены фотографии. Как не узнать запечатленный на снимке вход в Балаклавскую бухту, вид дачи графа Апраксина. В этом разрушенном в годы Великой Отечественной войны доме провел большую часть лета 1929 года молодой писатель Паустовский. В письмах он настойчиво приглашал на юг своего товарища по перу Рувима Фраермана. Соблазнял его дешевизной проживания и питания. Но самый веский аргумент — пляшущие по стенам и потолкам комнат расположенной у самой воды виллы солнечные зайчики от морских волн.

В Балаклаве произошли события, которым было суждено стать заметными вехами в жизни и творчестве Паустовского. Об этом можно прочитать в написанном под влиянием балаклавских впечатлений рассказе «Морская прививка». Его не всегда включали в сборники. Но знаток творчества писателя Михаил Холмогоров, не погрешив против истины, назвал его переломным в творчестве автора. Но это тема отдельного разговора. Не случайно годы и годы, по свидетельству Вадима Паустовского — сына писателя, фотография с видом входа в Балаклавскую бухту украшала московскую квартиру. Иногда писатель рассматривал фотографию с помощью увеличительного стекла. Ему открывались невидимые детали пейзажа и архитектуры дач на противоположном берегу бухты.

За стеклом помещено первое издание «Черного моря» — повести о Севастополе. Произведению — подлинному гимну Севастополю — исполнилось 70 лет. Но его юбилей широко отмечался не у нас, а в Одессе. А вот фотопортрет Ф.Мартыненко — прототипа одного из главных персонажей «Черного моря» боцмана Дымченко.


Центр-музей К.Паустовского в Москве. Витрина, посвященная севастопольскому периоду в жизни писателя

Севастополец капитан 2 ранга Вячеслав Зенцев был горячим любителем творчества Паустовского. Морской офицер успел лично преподнести любимому писателю оригинальный подарок. На квартиру К.Паустовского он приволок кусок обшивки «Паллады» — фрегата, на котором русский писатель Гончаров совершил кругосветное плавание, о чем впоследствии была написана увлекательная книга. До своего ухода из жизни В.Зенцев успевает также презентовать на сей раз музею-центру Паустовского в Москве рынду с черноморского корабля «Азимут». Подарок из Севастополя помещен в отдельной застекленной витрине вместе с канатами и спасательным кругом с ялтинского прогулочного теплохода «Константин Паустовский». Его привез в столицу бывший капитан судна И.Холковский. Здесь же — картина маслом «Черное море» художника А.Федяева. Рында В.Зенцева словно подает голос о прошедших морских милях, о грозивших судну опасностях.

За стенами музея-центра долго не оставляет ощущение от якобы состоявшейся встречи с земляком В.Зенцевым и, конечно, с Паустовским. Появилось еще глубокое убеждение, что обрел место, к которому всегда будут стремиться душа и сердце.

Александр КАЛЬКО

Следующие статьи категории «Новости»